Елена (pro100_mica) wrote,
Елена
pro100_mica

Categories:

Николай Бестужев, овеянный гениальностью...

Число искусств и ремесел, коими владел Н.А. Бестужев... исчислению не поддается, ибо... ...он вообще полагал, что за два-три дня можно любому делу обучиться – и домостроительному, и актерскому, и зубоврачебному, и ювелирному, и литографскому, и какому угодно. В Бурятии до сей поры, я точно знаю, о нем легенды ходят как о добром чародее, и, говорят, один старик к могиле его лет тридцать носил кое-какие съестные припасы, чтобы "не тужил улан-орон" (то бишь красное солнышко) Бестужев.

Натан Эйдельман Большой Жанно. Повесть об Иване Пущине


Автопортрет (1837–39 годы)

Николай Александрович Бестужев, по основному образованию морской офицер, был человеком необычайно разносторонним. Он известен также как литератор, критик, историк флота, переводчик, путешественник, изобретатель, этнограф, декабрист. Но сразу оговорюсь: меня он интересует прежде всего, как рисовальщик и живописец, поэтому об остальных его многочисленных талантах, увлечениях, участии в восстании на Сенатской площади будет сказано в лучшем случае вскользь.



Портреты Прасковьи Михайловны и Александра Федосеевича Бестужевых
Владимир БОРОВИКОВСКИЙ

Мой герой родился 24 апреля 1791 года в семье дворянина Александра Федосеевича и Прасковьи Михайловны Бестужевых. Он был старшим из восьми детей. До 10 лет Николай получал домашнее образование, которое в те времена предполагало не только изучение нескольких иностранных языков, литературы, основ наук и искусств, но и уроки рисования. К тому же его отец Александр Федосеевич был собирателем книг, минералов, редкостей Помпей и Геркуланума, эстампов, живописных полотен. Наш дом был богатым музеем в миниатюре... Будучи вседневно окружены столь разнообразными предметами, вызывавшими детское любопытство, пользуясь во всякое время доступом к отцу... слушая его толки и рассуждения с учеными, артистами и мастерами, мы невольно... всасывали всеми порами нашего тела благородные элементы окружающих нас стихий, – писал один из братьев Бестужевых. В доме отца бывали все лучшие художники и сочинители тогдашнего времени. Не мудрено, что Николай с детства проникся интересом и любовью к живописи, наукам и литературе. Выйдя в отставку с военной службы, А.Ф. Бестужев был назначен на должность правителя канцелярии при президенте Академии художеств графе А.С. Строганове. Это дало возможность братьям Николаю и Александру брать уроки рисования и живописи у лучших профессоров академии, хотя официальными воспитанниками её они не были.


Автопортрет
Гуашь, Кронштадт, 1814–15 годы

В 1802 году Николай был определён в одно из лучших учебных заведений Петербурга – Морской кадетский корпус, откуда вынес не только глубокие знания по морскому делу, но также познакомился с основами физики и астрономии, овладел немецким, французским и английским языками. По окончании курса был оставлен при корпусе преподавателем и воспитателем, затем служил во флотском экипаже, расквартированном в Кронштадте. В войне 1812 года и Заграничных походах русской армии ему поучаствовать не удалось. Более десяти лет Николай Бестужев отдал служению флоту, совершил несколько заграничных плаваний, став в 1822 году историографом флота, совместив служебную и литературную сферы деятельности.


Александр Бестужев
Гуашь, Петербург, 1823–24 годы
Николай БЕСТУЖЕВ

После окончания Морского корпуса и до восстания 1825 года. Николай Бестужев продолжал время от времени заниматься миниатюрной живописью, он писал много портретов и сам обрамлял их в изящные рамки. Но, к сожалению, до нашего времени дошло всего несколько работ. Эти портреты были ещё далеки от совершенства, в них нарушались пропорции, колорит был не всегда выразительным. Однако, как отмечали современники, сходства он сумел добиться.



Николай Бестужев, автопортрет
Гуашь, Петербург, 1825 год

Николай Александрович был знаком с приёмами письма гуашью (акварельными красками, растёртыми с белилами), которая давала непрозрачные глухие тона. Кроме этого, он освоил очень кропотливую и тонкую технику миниатюры на слоновой кости французского живописца Жана-Батиста Изабе (лёгким пунктиром и маленькими точками, сливавшимися в общий тон, создававшими впечатление живого и нежного свечения кожи), которая требовала тщательной обработки и отделки.

Николай и Александр Бестужевы нередко выступали в печати со статьями, посвящёнными академическим выставкам, размышлениями о художниках и проблемах изобразительного искусства. Непосредственно перед восстанием на Сенатской площади, Николай Бестужев стал членом Общества поощрения художников, где должен был курировать ту часть издания знаменитых происшествий, в которой изображались морские сражения.

В 1824 году Бестужев вошёл в состав тайного Северного общества и стал одним из активных его участников. 26 декабря 1825 года в чине капитан-лейтенанта он вывел на Сенатскую площадь Гвардейский морской экипаж и оставался с ним до трагического исхода мятежа. Именно Николая Александровича руководители восстания предложили поставить во главе восставших войск после самоустранения Сергея Трубецкого, но он отказался, так как здесь, на сухом пути, в командовании войсками совершенно не имеет понятия. Николай был осужден вместе с братом Михаилом по второму разряду на вечные каторжные работы, срок которых был сокращен впоследствии в З приема до 13 лет. Ссылку братья Бестужевы вместе с другими осужденными декабристами отбывали сначала в Чите, затем в Петровском Заводе.


Ворота читинского острога
Николай БЕСТУЖЕВ

В Читинский острог братья Бестужевы прибыли в конце декабря 1827 года. Именно здесь, в Чите, родилась у Николая Александровича мечта увековечить облик своих соратников, участников восстания, созданием портретной галереи декабристов.


Портрет Любиви Ивановны Степовой
Миниатюра на слоновой кости, 1828 год

По прибытию в Читу Николай Александрович нарисовал портрет Любови Ивановны Степовой, первой и единственной своей возлюбленной. Это была миниатюра на слоновой кости, выполненная по памяти гуашью. Поистине ювелирная работа: кончиком тонкой кисти пунктиром написаны лицо, локоны, кружевной чепец, воротник, передана сложная фактура ткани. С этой миниатюрой Бестужев не расставался до конца своих дней.



Мария Волконская с сыном Николенькой, 1826 год
Пётр СОКОЛОВ

Достать в тюремных условиях тонкие полупрозрачные пластинки слоновой кости было проблематично. Поэтому Николай Бестужев, прибыв в Читинский острог, начал изучать азы акварельной живописи. Но видимых успехов достичь не удавалось. Только после того, как в руки Бестужеву попали портреты, выполненные очень известным и модным в то время портретистом и новатором в области "чистой акварельной" живописи Петром Фёдоровичем Соколовым, дело сдвинулось с мёртвой точки. Эти портреты привезли с собой декабристы или их жёны. Портреты Петра Соколова послужили для Николая Александровича школой акварельной живописи, с их помощью он постигал не только тончайшую технику мастера, но и выбор своеобразной колористической гаммы для каждой работы. Взяв их за образец, Бестужев большую часть коллекции выполнил акварелью, выиграв, по словам брата Михаила, как во времени, так и в эффекте.


Николай Николаевич Раевский
Пётр СОКОЛОВ, Николай БЕСТУЖЕВ по оригиналу П.Ф. Соколова

По портретам Раевского, Марии Волконской, четы и детей Муравьёвых, Бестужев изучал манеру письма Соколова, переписывая их не единожды, пытаясь точно скопировать шедевры Соколова. До наших дней дошла копия портрета Николая Николаевича Раевского, отца Марии Волконской, сделанная Бестужевым с портрета Соколова. Вероятнее всего это первая акварель, выполненная им в остроге. Видно, что она ещё далека от идеала: помимо недостаточного сходства, отсутствует прозрачная лёгкость мазка, отличающая работы Петра Фёдоровича.



Никита Муравьёв, 1824 год
Пётр СОКОЛОВ



Александрина Муравьёва, 1825 год
Пётр СОКОЛОВ

Портрет жены Александрины Никита Муравьёв получил в каземате Петропавловской крепости 28 декабря 1825 года. В минуты наибольшей подавленности мне достаточно взглянуть на твой портрет, и это меня поддерживвает, – вспоминал Муравьёв. Он увёз его в Сибирь и не расставался до самой смерти. Эту работу Соколова Николай Бестужев копировал не один раз по просьбам друзей.

Откуда краски, спросите вы. Во-первых, в Читу два ящика акварельных красок привезли братья Борисовы, один из которых был любителем-натуралистом и неплохо владел акварелями, изучая флору и фауну и создавая целые альбомы птиц, бабочек, растений и т.д. Но в дальнейшем, на протяжении многих лет Николай постоянно получал из Санкт-Петербурга и Москвы все необходимые для живописи принадлежности благодаря заботам Александры Григорьевны Муравьёвой и её свекрови, Екатерины Фёдоровны Муравьёвой, которая несколько раз в год отправляла деньги и целые обозы с необходимым, тщательно выполняя каждую просьбу невестки. Именно Александрина постоянно выписывала для Бестужева (и других живописцев-декабристов) перья, карандаши, бумагу, краски для миниатюр на слоновой кости, гуашь и акварельные. Причём большинство работ художника находятся до сих пор в отличной сохранности. Даже бумага, которая стареет очень быстро, подвергаясь воздействию искусственного освещения и солнечного света, по мнению экспертов, не пострадала, она совершенно чистая, без пятен времени, плесени и т.д. То есть товар поставлялся отменного качества.



Иван Абрамов



Андрей Ентальцев, Александр Бригген



Василий Тизенгаузен, Алексей Черкасов

А первыми декабристами, портреты которых были исполнены Бестужевым, стали осуждённые по седьмому разряду, т.е. приговорённые к году каторжных работ с последующей отправкой на поселение. Они должны были покинуть Читу в апреле 1828 года, поэтому Николай Влександрович должен был работать быстро. Основную свою задачу художник видел в сохранении для потомков живых черт участников декабрьского восстания на Сенатской площади. По свидетельствам очевидцев это было основным достоинством первых портретов, в остальном они ещё оставались далеки от совершенства.



Николай Лисовский, Владимир Лихарев, Сергей Кривцов



Павел Фомич Выгодовский (Дунцов)

В коллекции осталось только 10 работ, портрет Захара Чернышёва, родного брата Александрины Муравьёвой, утрачен. Скорее всего он был подарен сестре, которая переслала его другим сёстрам и он затерялся. Вообще Николай Бестужев писал портреты своих товарищей в двух экземплярах. Один портрет оставался у него, другой он отдавал переходившему на поселение декабристу.

По словам Михаила Бестужева из всей коллекции акварельных портретов соузников в Чите было нарисовано не много, и те не могли быть первыми в художественном отношении, много было тому причин. Во-первых, недостаток в помещении освещения, во-вторых недостаток материалов и, в-третьих, в опытности акварельной живописи. Но не указана ещё одна немаловажная причина; дело в том, что Николай Бестужев работал закованным в кандалы, которые узники насили постоянно, и день, и ночь, их снимали только на время мытья в бане и в церкви. Окончательно оковы были сняты только в конце 1828 года. Под каждой работой есть собственноручная подпись изображённого (не везде она видна из-за паспарту), таким образом к портретам была приложена ещё и коллекция автографов.



Артамон Захарович Муравьёв, 21 преля 1828 года


Иван Александрович Анненков
Читинский острог, 1828 год

Затем были созданы три портрета, написанные непосредственно в остроге. Декабристы позировали художнику в своих камерах, Артамон Муравьёв изображён на фоне тюремной стены, а Иван Анненков – тюремного окна.



Пётр Иванович Фаленберг

Сначала Бестужев планировал создать галерею, изобразив декабристов в тюремной обстановке, чтобы было понятно, что на портрете запечатлён узник. Но затем он отказался от этой идеи, так как таким образом трудно было избежать однообразия. По этому образцу был задуман и портрет подполковника Петра Фаленберга, но он остался незаконченным. Эта акварель долгое время лежала у художника в архиве (и без автографа). Когда же он принялся комплектовать галерею, то вырезал подпись из письма Фаленберга, приклеил на лист и включил незаконченный портрет в основное собрание.





Екатерина Трубецкая
Миниатюра на слоновой кости, 1828 год

В Чите жили восемь жён декабристов: Александрина Муравьева, Мария Волконская, Екатерина Трубецкая, Елизавета Нарышкина, Александра Ентальцева, Наталья Фонвизина, Александра Давыдова, Полина Анненкова. Некоторым из них пришлось оставить своих детей на попечение родственников в европейской России: Волконской одного, Фонвизиной двоих, Муравьёвой троих, а Давыдовой – шестерых. Портреты этих славных женщин также создавал Николай Бестужев.


Мария Волконская на фоне тына Читинского острога
Акварель Николая Бестужева, 1828 год
На стене висит уже знакомый нам портрет отца – Николая Николаевича Раевского кисти Петра Соколова.



Мария Волконская на фоне тына Читинского острога, 1828 год

Николай Бестужев писал в эти годы портреты жён декабристов, в частности Александрины Муравьёвой, но, все они были отосланы родственникам в Европу и следы их утеряны. Не раз создавал он также портреты Марии Волконской (но сохранилось только два их них, на фоне тына Читинского острога) и Екатерины Трубецкой.



Юлиан Люблинский, 1828 год

Из осуждённых по шестому разряду, срок заключения которых подходил к концу июля 1829 года, в Чите находился всего один Юлиан Казимирович Люблинский (Мотошнович). Этот портрет интересен тем, что в нём художник попытался уже не просто передать сходство человека, но и стремился показать его характер, переживания и настроение.



Сергей Трубецкой, 1828–30 гг.
репродукция с утраченного портрета Трубецкого.
Этот акварельный портрет считался одним из лучших, созданных Бестужевым в Чите.



Иван Пущин, 1828–30 годы



Сергей Волконский
Рисунок с утраченного акварельного портрета Н. Бестужева, 1828–30 гг.

Без сомнения, в годы читинской каторги Николай Александрович очень много рисовал своих друзей и товарищей. Родственники декабристов, узнав о работах Бестужева, просили прислать их портреты, так что художник был завален заказами, которые охотно выполнял. Однако таких портретов сохранилось очень немного, они разошлись по рукам. В основное собрание, которое Бестужев комплектовал и хранил у себя, он старался включить лишь те портреты, которые писал накануне выхода узников из тюрьмы, поэтому большая часть его работ, не вошедших в эту галерею, до нас не дошла.



Василий Ивашов, конец 1820 годов



Иван Шимков, конец 1820 годов



Александр Бестужев
Портрет сделан по памяти, 1828 год


Александр Бестужев, 1828-1830 годы

Кроме этого, находясь в Читинском остроге, Николай Бестужев по просьбе своего младшего брата Александра (будущего А. Марлинского), который, минуя каторгу, из Шлиссельбургской крепости был отправлен на поселение в Якутстк, писал его портреты по памяти. Как и просил Александр, чтобы ...усы вниз и без бакенбард...


Вид Читы, снятый из-под горы.
Акварель Н.А. Бестужева. 1829–1830 гг.


Вид Читы, снятый из-под горы, 1829–1830 годы

Николай Александрович в Читинском остроге писал не только портреты декабристов, но и пейзажи с натуры. Особенно он любил наблюдать сибирскую природу летом, создал целую серию акварельных пейзажей Читы и её окрестностей, находя поэтические красоты в этой бедной, ничтожной деревушке.


Возвращение декабристов со съёмки плана окрестности Читы.
Акварель Н.А. Бестужева, 1828 год

По прибытию на которгу, узники пытались найти способ обойти суровый тюремный режим и получить возможность бывать на природе. Вскоре им было разрешено вести топографические работы (инструменты и приборы были изготовлены всё тем же Николаем Александровичем и Петром Ивановичем Фаленбергом)


Итогом этой деятельности стал этот план Читинского острога, выполненный Петром Фаленбергом в 1830 году.


Портрет коменданта Станислава Романовича Лепарского и его сестры Изабеллы, 1829–1830 гг.

В 1829 году Бестужеву удалось добиться у коменданта тюрьмы С.Р. Лепарского разрешения заниматься пейзажной живописью, то есть рисовать вне острога. Во время работы при живописце должен был находиться конвойный, но это не мешало ему создавать простые, выразительные и правдивые читинские пейзажи. Очень много своих акварелей Бестужев подарил Лепарскому в знак своей признательности.





Чита. Сад при комендантской квартире
Слева Николай Бестужев за работой, 1829–30 гг.


Внутренний двор Читинского острога. Акварель Н.А. Бестужева. 1829–1830 годы





Второй Читинский острог и парники С.Г. Волконского.

В Чите некоторые декабристы (Волконский, П. Борисов, Кюхельбекер, Розен) занимались изучением земледелия и сельского хозяйства; они сажали огороды, строили парники и разводили цветники. Чтобы облегчить их труд, Николай Александрович спроектировал и построил машину для поливки растений.



Главная улица в Чите. Слева дом Е.И. Трубецкой, направо дом А.Г. Муравьевой.


Единственная улица в Чите, дом княгини Е. Трубецкой, коменданта и А. Муравьевой, 1829-1830 годы






Дом штаб-лекаря Д.З. Ильинского в Чите. Чёртова могила. Дом и сад коменданта С.Р. Лопарского, 1829–1830 годы

Бестужев зарисовал виды тюремного двора, улицы селения, дома коменданта острога и жён декабристов, парники и цветочные клумбы, устроенные декабристами, места их отдыха. Почти все многочисленные пейзажи с натуры Николай Бестужев щедро раздаривал товарищам. А те в свою очередь отправляли их домой. По этим рисункам можно было составить представление о том, как жили декабристы и их жёны в Читинском остроге.


Церковь в Чите, 1829–30 годы






Церковь в Чите
Акварели Н.А. Бестужева, 1829–1830 годы

А это именно та церковь, в которой в феврале 1828 года состоялось венчание Ивана Анненкова и Полины Гебль: Это была любопытная и, может быть, единственная свадьба в мире. На время венчания с Анненкова сняли железа и сейчас же по окончании обряда опять надели и увели обратно в тюрьму.(Н.В. Басаргин.)


Читинский острог. Чёртова могила


Сопка близ Читы с могилой неизвестного солдата, участника восстания Семёновского полка
На акварели художник изобразил себя и плац-майора Читинского острога Осипа Лепарского
Акварель Н.А.Бестужева, 1829–1830 годы


Сопка близ Читы с могилой неизвестного солдата – участника восстания Семёновского полка


Река Чита - место купания декабристов, 1829–30 годы






Берега реки Ингоды в Чите

Многие живописные ландшафты, созданные Бестужевым, сохранились благодаря стараниям Александры Ивановны Давыдовой, которая собрала альбом Сибирь из акварелей с изображениями видов Читы, Петровского Завода, пейзажами местностей, через которые шли декабристы, переходя из одной тюрьмы в другую. Из 29 акварелей, 12 принадлежат кисти Николая Бестужева.

Но большая часть портретной галереи участников восстания на Сенатской площади была создана Никалаем Александровичем в другой тюрьме – Петровском заводе, куда узники были переведены в 1830 году. Но об этом в следующий раз.

Tags: #Николай Бестужев, Декабристы, ЖЗЛ, Жил-был художник, Изобразительное искусство, Непрофессиональные художники
Subscribe

Posts from This Journal “ЖЗЛ” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments